syusyura.ru
Официальный сайт пресс-центр генерала Сюсюра «Справедливость»
 

Возражения генерал-майора милиции во время судебного заседания Краснодарского Краевого суда 8-9 ноября 2010 года (Стенограмма)

12.11.2010

 

Возражения генерал-майора милиции Сюсюра.В.Л, во время судебного заседания Краснодарского Краевого суда 8-9 ноября 2010 года (Стенограмма)

 

Ваша честь, вчера 8 ноября 2010 года, во время судебного заседания мы стали свидетелями беспрецедентного по цинизму выступления руководителя следственной группы Воробьева.

Названные им как исключительные основания для продления мне срока содержания под стражей свыше года, при продлении до года таковыми не являлись, а обозвал он так их исключительными только потому, что мы с адвокатом указали следствию на этот недопустимый недостаток, допущенный при предыдущем 6 октября 2010 года  продлении, указав об этом  и в кассационной жалобе в Верховный Суд РФ.

На самом же деле само выступление Воробьева было настолько неубедительно, не аргументировано, бездоказательно, до неприличия неуверенным и нервозным, что на ряду с цинизмом, о котором я сейчас скажу, само по себе являлось исключительным.

Его заявление о том, что я затягиваю следствие, это не более чем очередная попытка обмануть высокий Суд. Я надеюсь, что Суд, в том числе и потому, что он мужского рода сегодня покажет, что так часто обманываться он не рад. К этому вопросу мы с защитником ещё не раз вернемся. В заявлении Воробьева, безусловно как результат паники в связи с отсутствием аргументов о том, что я угрожал следователю Доманину увольнением через СКП, вызывает только сожаление, что я вынужден общаться с людьми наделенными столь высокими полномочиями, но при этом имеющих столь низкие профессиональные и моральные качества.

После того, как следователь Доманин 6 октября в ИВС УВД г. Сочи допустил превышение должностных полномочий, а 19 октября в СИЗО Армавира, как вчера выяснилось умышленно сфальсифицировал уже два протокола об ознакомлении меня с заключениями эксперта я и в первом и во втором случае на имя Генерального прокурора и руководителя СКП направил заявления о возбуждении против Доманина уголовного дела. И требую я не увольнения его, а привлечения к уголовной ответственности. Только почему вдруг Доманин и Воробьев так испугались, что приняли мои официальные обращения за угрозу, тем более, чем они мотивируют, что официальные обращения  указывают на мое знакомство с Бастрыкиным? В трезвом уме и здравом рассудке объяснить конечно невозможно. Рискну предположить, что это, не поддающееся осмыслению, в том числе и с точки зрения закона умозаключение, можно объяснить только проводимой в отношении Доманина проверкой и необходимостью вертеться, как уж на сковородке.

Можно ли надеяться на объективность проверки СКП РФ? Отвечу сразу,  что если проверка будет поручена таким руководителям, как Воробьев, то нельзя, но суд должен и этому очевидному факту, дать объективную оценку.

А то что следствие постоянно лукавит,  фальсифицирует и вводит суд в заблуждение я докажу и на следующих примерах.

Предыдущее продление срока содержания под стражей состоялось 6-7 октября 2010г.

Сейчас уже известно, что в тот же день, 7 октября 2010 года следователь изготовил очередное ходатайство в суд о продлении срока содержания под стражей до 10 февраля 2011 года.

Таким образом, совершенно очевидно, что продление стражи 7 октября 2010 года – это фикция, которая нужна была следователю для того, чтобы до получения согласия руководителя СКП РФ на продление срока следствия до 10 февраля 2011 года я продолжал находиться под стражей.

И мы предупреждали Вас, Ваша честь, что Воробьев и тогда вводил Вас в  заблуждение.

Суд обязан проверить и ещё один симптом заставляющий усомниться в чистоплотности следствия.

Так постановление о привлечении в качестве обвиняемого, которое находится в материалах дела в суде отличается от того, которое было предъявлено мне и моему защитнику 26 октября 2010 года. Отличается по шрифту (он мельче) и по количеству листов (их в два раза меньше). При этом везде стоит печать и подпись о том, что "копия верна". Напрашивается вопрос, это копия с чего? Но уже точно не с того, что предъявлено мне 26 октября 2010 года для ознакомления . Может как раз этим и объясняется то, что листы не были пронумерованы и прошиты?!

Ваша честь, я настаиваю чтобы все сказанное мною было занесено в протокол судебного заседания и проверенно, а так же прошу учесть, что мое громкое и аргументированное выступление, к чему не привык следователь Воробьев, также как и направление заявления в адрес руководителя СКП РФ, не является угрозой в адрес Доманина и не свидетельствует об использовании мною знакомства с руководством следствия. А рапорта Доманина, которые Вам передал покровительствующий ему Воробьев, лишь попытка в который уже раз ввести в заблуждение Вас и руководителя СКП РФ, с которым я не знаком, и избежать уголовной ответственности за превышение должностных полномочий и фальсификацию материалов следствия, что заметно даже при визуальном осмотре протоколов ознакомления с экспертизами от 19 октября 2010 года в той части, на что указал Короченко Ю.К., в его заявлениях в Генеральную прокуратуру и СКП РФ. А что касается вчерашних невнятных и абсолютно нелогичных сомнений по поводу возможностей залога, я считаю и уверен, что высоким Судом они по определению не могут восприниматься сколько-либо серьезно, так как их  юридическая сила и интеллектуальное оформление не выше, чем сказки об угрозе Доманину моими связями с Александром Бастрыкиным .

Ваша честь, аргументы мои и моего защитника о незаконности и нецелесообразности продления мне срока содержания под стражей с выше года, которые Вы, к сожалению, по какой-то причине не услышали во время судебного заседания 6-7 октября 2010 года, что явилась причиной направления мною жалобы в верховный суд РФ и Европейский Суд по правам человека при объявлении мне Постановления о привлечении в качестве обвиняемого 26 октября 2010 года, полностью подтвердилось.

 Всё что я буду ваша честь говорить, в соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ №22 от 29 октября 2009 года «о практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу залога и домашнего ареста», должно быть Вами тщательно проверенно, включая обоснованность подозрения меня к совершенному преступлению, убедиться насколько реальны выдвинутые следствием основания, то есть подтверждаются ли они достоверными сведениями, а никак это было во время судебного заседания 6-7 октября, когда с Ваших же слов, срок содержания был продлен только на основании оперативной информации ФСБ, причем ничем не подтвержденной.

При этом суд обязан учитывать, что в соответствии п.16 постановления указанного Пленума ВС РФ, суд, исходя из конституционных норм, не в праве отказать в удовлетворении ходатайства об ознакомлении с материалами. И я такое ходатайство заявляю.

Постановление о привлечении меня в качестве обвиняемого от 26 октября 2010 года, следствием готовилось в спешке к сегодняшнему судебному заседанию, чтобы хоть как-то предать видимость законности и обоснованности очередного незаконного и необоснованного продления ареста.

 6 октября мы с адвокатом привели аргументы в доказательство того, что причины на которые ссылался следователь Воробьев, пытаясь обосновать продление срока содержания под стражей на 24 дня, очередная фальсификация реальной действительности и что, как видно сегодня, полностью подтвердилось.

Ни одно заведомо фиктивное мероприятие, проведение которых следствие положило в основу обоснования продления мне срока содержании под стражей, ими не выполнено, о чем мы Вас предупреждали.

В тоже время, подтвердились все наши доводы и аргументы.

 Понимая, что объективных аргументов для продления срока содержания меня под стражей нет, следствие настолько торопилось успеть к сегодняшнему суду переобъявить мне обвинение, что даже не нашло времени в соответствии с УПК РФ предупредить меня о проведении данного следственного действия.

В нарушение требований УПК РФ, не успели и подготовить для меня экземпляр Постановления о привлечении в качестве обвиняемого и вручить мне, о чем я написал замечания в протоколе,  а то Постановление, с которым меня знакомили даже не было прошито и пронумеровано, о чем я так же написал замечание в протоколе и что вызывает сомнение в законности и этого следственного действия.

Исходя из того, что было напечатано в предъявленных мне для ознакомления листах, было видно, что следствие с большой затяжкой времени приступило к декриминализации ряда эпизодов контрабанды хотя было видно, что по аэропорту Сочи эта работа выполнена не в полном объеме. Исходя из изменившегося законодательства, а тем более, что товароведческая экспертиза, с которой меня по понятным причинам  боятся знакомить, затягивая следствие и которая должна быть исключена из доказательств, так как проведена без предметов исследования, в нарушение установленных правил и без необходимых документов, становится понятно, что из вменяемых мне эпизодов ни по одному не установлена стоимость товара, а это значит, что контрабанда не доказана, даже без учета других не менее важных доказательств моей непричастности к событию этих перевозок.

Аэропорт Майкоп (Ханская) заслуживает особого внимания со стороны сегодняшнего суда, в том числе в связи с выше названным мною постановлением Пленума Верховного Суда РФ №22 от 29 октября 2009 года.

И вопрос ни только в том, что по аэропорту Майкоп я не имел возможности сделать тщательный анализ,  так как не получил в нарушение УПК РФ от следствия экземпляр постановления о привлечении меня в качестве обвиняемого не только в том, что согласно показанию организатора контрабанды Муссауи, данных им следствию 28 мая 2008 года, до начала следствием фальсификации материалов в отношении меня, он прямо утверждает, что через третье лицо, гражданина «Т», лично со мною не встречаясь, якобы договорился со мною только в середине 2004 года.

Учитывая, что согласно всех следственных материалов следствие не располагает точными данными ни о времени начала контрабандных перевозок, ни о времени договоренности с должностными лицами, но совершенно очевидно, что попытка вменить мне эпизоды контрабанды с 15 марта 2004 года не соответствует даже сфабрикованным  следствием материалам.

А если учесть, что следствие в новой версии предъявленного мне обвинения вменяет контрабанду гражданину «Т» только с середины 2006 года, то выходит, что следствие уже доказало и себе, что мой арест не законен.

Кроме этого Ваша честь, когда вы будите в соответствии с уже неоднократно названным мною Постановлением Пленума ВС РФ, проверять обоснованность подозрения меня в причастности к данному преступлению, Вы обязательно прочтите показания организатора контрабанды Муссауи от 28.05.08 особенно внимательно на странице 8-11 протокола допроса, где Муссауи подробно рассказывает и о том, как он вынужден был в 2000 году, после того как я задержал его контрабанду и возбудили уголовное дело, уйти из Краснодара в Майкоп и Сочи, потому что там можно договориться со всеми правоохранительными органами и он подробно рассказывает с кем договаривался и кому пофамильно платил деньги лично, и с кем лично решал все вопросы контрабандных перевозок. И уже после этого можно сделать вывод, почему следствие боится приобщать к материалам уголовного дела период с 2000  по 2004г.

Но и это не главное. Рассказывая о всех деталях организации контрабанды через аэропорт Майкоп, называя правоохранительные органы и фамилии руководителей, которым он платил деньги, не называет только транспортную милицию.

 И делает это он не потому, что в начале 8 страницы допроса говорит о том, что вынужден уйти с контрабандой из аэропорта Краснодар в аэропорт Майкоп, по уже указанным мною причинам, так как там можно договориться с руководителями всех правоохранительных органов, а в первую очередь потому, что речь он ведет не о гражданском аэропорту Майкоп, а о военном аэродроме Майкоп (Ханская), который Азово-Черноморское УВДТ согласно требованиям приказа МВД РФ  от 21 июня 2000г  №671, не обслуживало.

Подразделения транспортной милиции обслуживают только те гражданские аэропорты, где осуществляются пассажирские перевозки и где имеются подразделения транспортной милиции.

На территории военного аэропорта Ханская не было и не могло быть функций транспортной милиции ввиду его принадлежности вооруженным силам с соответствующим в том числе и пропускным режимом работы. Кроме того на территории военного аэропорта не было организаций и подразделений, имеющих отношения соподчинения с транспортными предприятиями, входящими в перечень объектов оперативного обслуживания Азово-Черноморского УВДТ на территории аэропорта Майкоп, согласно разделам  II Перечня к Приказу МВД РФ №671 от 21 июня 2000 года, а именно с аэродромом, аэровокзалами и воздушными судами, которые были бы задействованы в контрабандных перевозках через военный аэропорт Ханская.

При этом следует правильно понимать, что п.4.1. указанного Приказа МВД РФ устанавливает не объекты оперативного обслуживания, которые установлены «перечнем» Приложение к приказу в разделе II «на воздушном транспорте» о том, что преступления в сфере экономики связанные с деятельностью организаций и подразделений имеющих с транспортными предприятиями отношения соподчинения, регистрируются и расследуются органами внутренних дел на транспорте; а в п.31 «перечня» к приказу МВД РФ №671 2000года, речь идет об объектах гражданской авиации, расположенных вне границ аэродромов  и аэровокзальных комплексов.

Если бы даже такие объекты, имеющие отношения  соподчинения с гражданским аэропортом Майкоп были расположены на территории военного аэропорта Ханское, то для их оперативного обслуживания были необходимы дополнительные соглашения между ведомствами.

Согласно п.31 «перечня» аэропорты (даже гражданские), где не имеется подразделений транспортной милиции, ОВДТ не обслуживаются.

Ни Азово-Черноморское УВДТ, ни МВД России не заключали с соответствующим военным ведомством соглашения о работе подразделения транспортной милиции на территории данного режимного военного объекта.

К тому же согласно распоряжениям Государственного Таможенного Комитета РФ от 11 августа 2000 года № 01-99/933, пункт пропуска через государственную границу РФ имелся только на аэродроме Майкоп (Ханская), а гражданский аэропорт Майкоп в перечень не входил и пунктов пропуска через государственную границу не имел, при этом, как следует из приказа ФТС России от 20 мая 2005 года №469, в аэропорту Майкоп (Ханская) осуществлялись только перевозки товаров, а пассажирские перевозки предусмотрены не были, что даже вне зависимости от ведомственной принадлежности территории,  на которой он располагался, не предполагает согласно действующей нормативной базы, его обслуживание органами внутренних дел на транспорте. И таких аэропортов в России сотни.

 Указанный мною Приказ ФТС России № 469 от 20.05.2005года дословно звучит следующим образом « О компетенции таможенных органов по совершению таможенных операций в отношении ТОВАРОВ, перемещаемых воздушным транспортом».

Любые нарушения, которые допускались в этой части на территории военного аэропорта Майкоп (Ханская), к компетенции АЧ УВДТ отношения не имели по вышеперечисленным причинам.

Вся описанная схема вывоза контрабандного товара с территории военного аэродрома Ханская через пункт пропуска Адыгейской таможни, осуществляемая по версии следствия работниками таможни и членом совета директоров ОАО «Авиалинии Адыгеи», никакого отношения к оперативному обслуживанию, в том числе по линии экономики АЧ УВДТ не имеет.

   Указанные мною факты со ссылкой на нормативные документы убедительно доказывают, что АЧ УВДТ в указанный период времени объекты, которые использовались для незаконного перемещения контрабанды в аэропорт Майкоп (Ханская), не обслуживало и они не являлись объектами оперативного обслуживания.

   В связи с изложенным Азово-Черноморское УВДТ, Краснодарское ЛУВДТ, ЛОВД в аэропорту Краснодар, ЛПМ в аэропорту Майкоп, не имели полномочий по оперативному обслуживанию военного аэропорта Майкоп (Ханская), в том числе расположенного на его территории таможенного поста адыгейской таможни, а я, как начальник УВДТ, не имел полномочий отдавать какие-либо приказы и распоряжения не относящиеся к моей компетенции. Кроме этого никогда ни подчиненные сотрудники, ни взаимодействующие структуры не информировали меня о наличии контрабандных перевозок, в том числе и через военный аэропорт Ханская.

   При оценки обоснованности подозрения меня к контрабандным перевозкам, суду следует учесть и тот факт, что следствие, в том числе и по Майкопу, опирается на лжесвидетельство Коржа и Архипова, действующих полковников милиции, которые в тот период персонально отвечали за организацию борьбы с контрабандой и организованными преступными группами, в том числе в сфере экономики.

    Ни один, ни другой никогда не докладывали, и это можно легко проверить, ни мне, ни начальнику криминальной милиции Черныху Александру Михайловичу, ни очевидно в 2006 году новому начальнику АЧ УВДТ Пантелееву А.В., что достоверно доказывает их личную и корыстную заинтересованность в сокрытии контрабанды от руководства АЧ УВДТ и в период моей работы и после перехода в Бурятию, а теперь через пять лет они вдруг вспомнили что укрывали преступления.           

           Но ведь есть документально подтверждённый факт, что в 2004 и в2005 годах Корж и Архипов были неоднократно наказаны мною в дисциплинарном порядке как раз за самоустранение от организации борьбы с экономическими преступлениями, контрабандой и организованными преступными группами (приказ АЧ УВДТ №127 л/с от 22 апреля 2004 года, решение коллегии №10-ку от 26 октября 2004 года, решение коллегии №1-ку от 25 января 2005 года, приказ №20 л/с от 25 января 2005 года), что доказывает мою активную роль, направленную на повышение эффективности борьбы с контрабандой и организованной преступностью, в том числе через наказание начальника БЭП Коржа и начальника ОРЧ Архипова, персонально отвечавших за организацию борьбы с этими видами преступлений, а их сегодняшние лжесвидетельства совершенно очевидная попытка уйти теперь уже от уголовной ответственности за сокрытие контрабандных перевозок.

           Эти документально подтверждённые факты, от проверки которых под любым предлогом уходит следствие, являются убедительным доказательством того, что обвинение меня в причастности к контрабанде полностью сфабриковано, и которых достаточно не только  для освобождения меня из-под стражи, но и для прекращения уголовного преследования.

           Ознакомление меня с заключением товароведческой судебной экспертизы 19 октября 2010 года также не вписывалось в срок окончания следствия 10 ноября текущего года, что также доказывает фиктивность аргументов следствия о необходимости продления мне срока содержания под стражей.

продолжение...

Просмотров (3807)

Отзывы посетителей

Отзывов пока нет

Написать отзыв

Имя*

Город

Текст*


Введите текст с картинки

* - отмеченные поля являются обязательными для заполнения
Сообщение будет опубликовано после проверки его модератором

Все новости